14. Теория пропаганды Гарольда Лассуэла


 

Американский политолог  основоположник теории массовых коммуникаций. Считал, что инструментарием политической науки являются не "библиотечные", а на полевые исследования.

В 1939-1940 гг. Г.Лассуэлл начал изучать не только единичные "акты" коммуникации, понимаемые как контакты, в которых сообщение проходит через определенные фазы от субъекта к объекту, но и важнейшие структурные компоненты процесса массовой коммуникации, и описал его сначала - как однонаправленную "пятивопросную" модель:

 1. Кто говорит? - анализ управления коммуникативным процессом.

 2. Что сообщает? - анализ содержания сообщений.

 3. Кому? - анализ аудитории.

 4. По какому каналу? - анализ средства.

 5. С каким эффектом? - анализ результата: изменилось/не изменилось сознание и/или поведение реципиента.

 Опубликована эта "модель" была позже, в 1948 году. В 1967 г. Г.Лассуэлл дополнил эту свою знаменитую "пятивопросную" формулу-модель коммуникативного процесса следующими элементами": "кто, с какими намерениями, в какой ситуации, употребляя какую стратегию, достигает какой аудитории, с каким результатом". На ее основе были созданы основные управленческие параметры PR-технологий – целевая аудитория, ключевое сообщение, канал коммуникации.

Огромное значение в научных исследованиях Г.Лассуэлла имеют проблемы пропаганды, ее сущности, особенностей и структуры пропагандистских материалов. Уже в 1927 г. он определяет пропаганду как "управление коллективными установками посредством манипулирования значимыми символами". Она не может быть "плохой" или "хорошей" и квалифицироваться в терминах этики. Пропаганда есть попытка изменить воззрения людей; она есть "массовое убеждение"; ее цель - насаждать политическую мифологию. Пропаганда для него - это политика и вид оружия - более "экономного", чем традиционные: это "инструмент тотальной политики вместе с дипломатией, экономическими мероприятиями и вооруженными силами. Ее цель заключается в экономии материальных затрат на мировое господство". Действительно, во время второй мировой войны СМИ стали использоваться как технологии психологической войны. В наставлении вооруженным силам США - "Введении в психологическую войну" - появились понятия "белой" пропаганды (рассчитана на "своих", распространяется и признается источником или его официальными представителями), "серой" пропаганды (не идентифицирует специально свой источник) и "черной" пропаганды (направлена на "врага", выдается за исходящую из иного источника, чем подлинный).

 Пропаганда как управление значимыми символами предполагает, по мнению Г.Лассуэлла, распространение прежде всего политических мифов и стереотипов. Политический миф он определяет как "совокупность социальных убеждений, включающих устойчивые представления об идеальном типе власти в рамках конкретного общественного устройства". Политический миф - это не только "иррациональное", принимаемое на веру, аксиоматически, бездоказательно. Г.Лассуэлл полагает, что политический миф реализуется в политических доктринах и идеологиях и отражается в структуре политического сознания через такие понятия, как "креденда" и "миранда", в связи с чем пропаганда всегда обращена как к разуму, так и к чувствам реципиентов. "Креденда" (доверие) - это сфера рационального сознания, более соответствующая политическим доктринам; это уставы, конституции, декларации, договоры, обращенные к разуму и обеспечивающие доверие к власти на когнитивном уровне. "Миранда" (мираж, сверхъестественное) - это нечто схожее с религией; это совокупность мифов, ритуалов, символов; она содержит такие коммуникативные средства, как лозунги, флаг, гимн, лидер (герой) движения, невербалику и рассчитана на эмоциональное восприятие, на пробуждение чувств лояльности индивида к власти. Посредством пропаганды, "креденды" и "миранды" осуществляется политическое управление обществом, политическая коммуникация, реализуется язык власти. При этом функция языка власти имеет рациональные цели (политическая семантика - т.е. содержание и стиль высказываний) и эмоциональные эффекты (политическая синтактика).

Сегодня результаты научно-исследовательской деятельности Г.Лассуэлла представляют собой классическое наследие не только для политологов, политических психологов, социологов, но и для специалистов по социологии и психологии массовой коммуникации, социологии и психологии пропаганды.

  1. Теория пропаганды Гарольда Лассуэлла

Г.Лассуэлл был "основателем изучения пропаганды (3-х томная фундаментальная "Пропаганда и коммуникация в мировой истории"), создателем иследований текстов массовых коммуникаций при помощи метода контент-анализа, для чего он проанализировал 6 млн.слов в периодических изданиях; с 1948 г. он стал всемирно известным благодаря опубликованию своей ранее описанной "5-тивопросной" модели коммуникативного процесса: "Who says what in which channel to whom with what effects ?"

Во время Первой мир.войны представления о природе и силе массовой коммуника­ции факти­чески не были обобщены, но потом их стали называть теорией «магической пули». Осн.мысль: сообщения масс-медиа принимаются всеми членами аудитории одинаково и такие стимулы вызывают мгновенные и непосредственные отклики.

Теория научной пропаганды Г. Лассуэлла.Власть пропаганды,по его мнению, связана не столько с содержанием сообщений, сколько с внутренним беспокойством людей. Если жизнь становится нестабильной, тревожной, то в этих условиях могут сработать даже грубые формы пропаганды. Простая теория «магической пули»  ( )отвергается. Считается, что «хорошая» пропаганда должна осторожно готовить людей к принятию идей и действий. Нужна хорошо подготовленная долговременная стратегическая кампания по культивированию новых идей и образов. В случае успеха создаются эмоционально сильные коллективные символы, которые могут стимулировать благоприятные массовые действия.

Лассуэлл создал тео­рию пропаганды, которая предлагает крайне пессимистический взгляд на медиа и их роль. Сила пропаганды объяснялась не столько сутью или привлекательностью конкретных сообщений, сколько уязвимостью сознания среднего человека. Ученый утверждал, что экономический кризис и растущий политический конфликт вызвали всеобщий психоз и из-за этого люди стали уязвимее даже к грубым формам пропаганды. Лассуэлл сделал вывод, что даже от­носительно доброкачественные формы конфликта по сути пато­логичны. Когда конфликт вырастает до такого уровня, как в Гер­мании в период кризиса, вся страна может стать психологически неуравновешенной и податливой к манипулированию.

Позднее Лассуэлл сам признал «теорию магической пули» лож­ной. Пропаганда - это нечто больше, чем простое использование медиа, чтобы лгать людям во имя контроля над ними. Людей нуж­но постепенно готовить к принятию совершенно иных идей и по­ступков. У коммуникаторов должна быть детально разработанная стратегия длительной кампании, в ходе которой можно было бы осторожно внедрять, а потом культивировать новые идеи и образы. Нужно создавать символы и постепенно учить людей связывать с ними конкретные эмоции. В случае успеха этих стратегий культи­вации получится то, что Лассуэлл называл коллективными или эталонными символами. Эталонные символы ассоциируются с силь­ными эмоциями, и если ими пользоваться правильно, можно выз­вать масштабные массовые действия положительного свойства. В от­личие от понятий «магической пули», теория Лассуэлла предпола­гала длительный и крайне сложный процесс подготовки. Один-два раза натолкнувшись на экстремистские идеи, человек едва ли ис­пытывал их воздействие.

Лассуэлл считал, что раньше распространение эталонных сим­волов осуществлялось бессистемно, поэтому предлагал передать контроль над пропагандой через медиа новой элите - научной технократии, которая поклялась бы использовать свои знания во благо, а не во зло. Идею благотворящей технократии, высказан­ную Лассуэллом, разделяли многие другие ученые и лидеры общественного мнения, в том числе Уолтер Липпман, автор колонки в газете «Нью-Йорк таймс».

Липпман разделял скептицизм Лассуэлла по поводу способно­сти среднего человека разобраться в своем общественном мире и принять разумные решения относительно своих поступков. В работе «Общественное мнение» он указал на расхождения, которые обязательно существуют между «миром внешним и картинами в наших головах». Т.к. эти расхождения неизбежны, Липпман выражал сомнение в способности среднего человека самостоятельно ориентироваться в окружающем мире, как допускает классичес­кая теория демократии. Мир в 1930-е годы был особенно слож­ным, а политические силы опасными. Люди просто не могли по­черпнуть достаточно информации из медиа, чтобы во всем разоб­раться. Даже если журналисты относились к своим обязанностям со всей серьезностью, они не могли преодолеть психологические и социальные барьеры, которые мешали среднему человеку нари­совать нужные «образы в своей голове».

Подобно Лассуэллу, Липпман считал, что пропаганда несет такую серьезную угрозу американским медиа, что требуются круп­ные изменения в политической системе. Поскольку народ уязвим перед пропагандой, для его защиты нужен какой-то механизм или орган. Медиа должны функционировать под контролем в какой-нибудь приемлемой, но очень строгой форме. Самоцензуры, на­верное, было бы недостаточно. Как и Лассуэлл, Липпман полагал, что контроль над сбором и распространением информации следу­ет передать в руки технократии — интеллектуальной элиты, кото­рая бы с помощью научных методов отделяла факты от вымысла и принимала правильные решения о том, кто должен получать ту или иную информацию. Он предложил создать квазиправитель­ственное бюро расследований, которое должно было тщательно анализировать информацию и направлять ее другим элитам для принятия решений. Это бюро также могло бы определять, какую информацию стоит распространять через масс-медиа, а какую людям лучше не знать.

Теории пропаганды Лассуэлла и Липпмана вызвали дискуссии в обществе. Видным критиком этих идей был Джон Дьюи, кото­рый в течение всей своей долгой карьеры неустанно и активно выступал в защиту общественного просвещения как самого эффективного гаранта демократии от тоталитаризма. Он категорически возражал против передачи контроля технократии, которая с помощью научных методов защищала бы людей от самих же себя. Напротив, считал он, люди сами могли бы защитить себя, если их научить нужным приемам обороны. Дьюи доказывал, что даже эле­ментарное образование поможет людям противостоять пропаганде. Критики Дьюи называли его идеалистом, который только много рассуждал о реформировании образования, но сам ничего осо­бенного не сделал, чтобы осуществить эти реформы. Дьюи остался верен себе, когда встал вопрос реформирования медиа. Он утвер­ждал, что газеты должны служить средством просвещения обще­ства. Главное место в них следует отводить идеям и философским рассуждениям, а не описаниям отдельных действий. Они должны обучать навыкам критического мышления и определять ход обсуж­дения общественностью важных вопросов. Однако его усилия со­здать подобную газету ни к чему не привели.